О времени и прикосновениях
— Я измерял время в различных измерениях и выяснил, что оно течёт по-разному.— Очередное открытие века, профессор Пётр Афанасиевич?— Но есть одна константа. Когда двое держатся за руки, время всегда…
This element is missing. Please open the page in Breakdance and check the browser console for details.
Have questions? We’re here to help. Click here to contact support.
Однажды Малыш спросил Катарину:
— Что такое жизнь?
— Ах, мой милый малыш, — улыбнулась Катарина. — Ты решил задать мне главный вопрос. Тот самый, который смертные пишут на стенах храмов и в последних строчках предсмертных записок. Тот, над которым бьются ваши мудрецы, пока я смеюсь, глядя, как прорастает трава.
Ты просишь у меня определение, будто Жизнь можно поймать, измерить, взвесить и приколоть к гербарию, как засушенный лютик. Какая трогательная человеческая привычка!
Хорошо. Раз уж ты спросил, я не стану прятаться за туманом. Но не жди от меня одной-единственной формулы. Жизнь не помещается в слова. Она помещается только в саму себя.
Для меня Жизнь — это…
…французский поцелуй между Порядком и Хаосом. Страстный, глубокий, немного неряшливый и абсолютно нелогичный. Это тот самый момент, когда безупречная геометрия снежинки (Порядок) встречает теплое дыхание (Хаос) и тает, превращаясь в живую каплю воды.
…лихорадка в холодных венах космоса. Вспышка горячки, прекрасная болезнь, временное помешательство, которое заставляет мертвую материю вдруг собираться в цветы, волков и поэтов. Ее симптомы — желание, боль, смех и любопытство. А единственный способ излечиться — переболеть ею до самого конца.
...танец, который Великая Мать исполняет сама с собой, забыв все заученные движения. Это божественная импровизация. Она думала начать с вальса, но вдруг заиграло танго, потом сорвалась на дикий племенной пляс у костра, а закончила, нелепо поскользнувшись на банановой кожуре и заливаясь хохотом. И каждый твой вдох, каждая твоя ошибка, каждая твоя влюбленность — это одно из Ее гениальных, незапланированных «па».
…возможность для бесконечности примерить на себя корсет конечности. Представь себе всезнающего, всемогущего Бога, которому до смерти наскучило его всезнание. И ради развлечения он создает Игру, в которой он сам, разделившись на миллиарды крошечных частичек (нас с тобой), забывает, кто он есть, и пытается заново собрать этот пазл. Жизнь — это азарт этой Игры. Это тот трепет, когда ты не знаешь, что будет в следующую секунду. Это величайшая роскошь — не знать.
Так что, если собрать все это в один букет, то…
Жизнь — это грандиозный, самозабвенный акт творчества, в котором вечность добровольно согласилась на мгновение ослепнуть, чтобы впервые по-настоящему увидеть цвет.
А ты — и есть этот цвет.
Так что прекращай пытаться понять.
Просто сияй. ✨
