НАБИРАЮ ПОДДАННЫХ ДЛЯ СВОЕГО МАЛЕНЬКОГО, НО ОЧЕНЬ УЮТНОГО КОРОЛЕВСТВА

• Понимают, что когда я говорю «сделай так», это мудрый совет, а когда кричу «какого чёрта?!» — это тоже мудрый совет, но в более экспрессивной форме
• Стойко выносят мои приступы экзистенциального кризиса, который случается обычно по понедельникам.
• На вопрос «Как дела?» не врут «нормально», а честно отвечают: «Ввязался в авантюру, спасаю мир от скуки, возможно, буду к ужину»
• Понимают, что моя доброта безгранична, но предпочитают не проверять, где именно заканчивается «доброта» и начинается «безграничная». (Чисто из инстинкта самосохранения).
• Подозревают, что карта — это не территория, а инструкция к телевизору — не священное писание. И что мир, скорее всего, вообще не то, чем кажется, особенно по вторникам.
• С легкостью отдают последний пирожок, потому что знают: вселенная не любит пустоту и тут же заполнит её чем-нибудь ещё более вкусным.
• Умеют хохотать в лицо апокалипсису. Особенно если этот апокалипсис — они сами.
• Бесстрашно смотрят в глаза драконам, налоговым инспекторам и собственному отражению в зеркале по утрам. (Последнее — самое сложное).
• На критику «Ты не права/прав!» отвечают не обидой, а любопытством: «О, а вот с этого места, пожалуйста, поподробнее!».
• Никогда не верят мне на слово. Проверяют. Сомневаются. Спорят. Ибо слепое повиновение — это скучно, а я не терплю скуки.
• При слове «приключение» не спрашивают «куда?», а спрашивают «когда выходим?». Праздность — это грех против самой Жизни, а я такого не прощаю.
• Обходят стороной любую догму, как подозрительную лужу. Даже ту, которую придумала я сама вчера вечером.
• Иногда, по праздникам, вспоминают про старших богов. Хотя бы для того, чтобы рассказать им новый анекдот.