О невесомости чувств
— Знаешь, Катя, любовь похожа на невесомость.— Это потому что кружится голова?— Нет. Потому что внутри всё парит, но за каждым движением скрывается огромная гравитационная работа.— Как романтично…— И ещё…
This element is missing. Please open the page in Breakdance and check the browser console for details.
Have questions? We’re here to help. Click here to contact support.
– Зачем вам все это? – неожиданно прямо, без предисловий, спросил Серый. Он чуть подался вперёд, и его взгляд впился Катарине в глаза. От этого взгляда, лишённого эмоций, но полного концентрированной серой воли, казалось, воздух вокруг похолодел. Но у Катарины он вызвал лишь азартный огонек в глубине глаз. Она не отшатнулась, не отвела взгляд, встречая его натиск с легкой усмешкой. Холод Серого разбился о невидимый барьер ее внутреннего огня.
– Наконец-то! Прямой вопрос! – рассмеялась она открыто и весело, неожиданно, по-детски захлопав в ладоши. – Ну что, Серый, поговорим по душам? Или что там у вас вместо души? Говори как есть, легче станет? А то ходишь вокруг да около, как кот учёный, хвостом виляешь!
– И что же вы хотите услышать? – так же прямо спросил Серый, не меняя позы, но в его голосе послышалась сталь.
– Да ничего особенного. Ты же знаешь, смех и радость – удел богов да ещё отважных и честных, от слова Честь. А вы что предлагаете взамен? – она вопросительно вскинула бровь.
– У нас полно развлечений. Структурированных. Безопасных, – монотонно, глядя сквозь неё, ответил Серый.
– Ага! – В смеющихся глазах сверкнул недобрый огонек. Она выпрямилась, вся подобралась. – Развлечений, от которых за версту несет ладаном и тленом! И на которые, как мухи на мёд, слетаются лярвы и черти всех мастей! Неужели вы всерьёз думаете, что так и будет продолжаться вечно?! Ваш пресловутый «порядок» уже лишил Разума и Воли большую часть этого мира! Где же предел вашей жадности, вы полагаете? И вы не ожидали порицания? Ай-яй-яй! Какая недальновидность! – она погрозила ему пальчиком с насмешливым осуждением.
– Вы всего лишь ведьма, – вдруг жестко, бесцеремонно бросил Серый, пытаясь вернуть её на землю, сбить с этого тона. – Одна. Что вы можете сделать против системы?
– О! У меня целая армия поклонников! – беззаботно рассмеялась Катарина, откидываясь на спинку скамейки, в её глазах запрыгали весёлые чертята. – Она мила, скажу меж нами, придворных витязей гроза! И царь не сводит глаз с армянки… – процитировала она с ироничным намёком, обмахиваясь воображаемым веером.
Серый уже с нескрываемой злобой смотрел на неё. Маска невозмутимости дала трещину. Его челюсти слегка сжались, а в серых глазах на миг промелькнул холодный огонь подавляемой ярости. Как смеет эта ведьма, эта женщина, эта… аномалия так самоуверенно, так спокойно спорить с ним, с самим Серым?! И все таки, чёрт возьми, как она хороша! И какое средоточие Воли!
Катарина открыто улыбалась ему в лицо, видя его реакцию. В её глазах не было и тени страха – только спокойное превосходство и знание своей древней силы. Она явно наслаждалась моментом.
– Вы — неоцененный алмаз, – уже спокойно, с видимым усилием взяв себя в руки и возвращая маску, произнёс Серый, меняя тактику.
– Не стоит, – Катарина разочарованно, почти брезгливо махнула рукой, словно отгоняя неприятный запах. – Не тратьте моё драгоценное время. Свою цену я знаю. И она вам точно не по зубам. И не по карману.
Серый с минуту смотрел на неё молча, его серые глаза снова стали пустыми, как выжженная степь.
– Вас просто забросают камнями, – сказал он наконец, голос его был холоден и окончателен. – Ваши же… подопечные. Нам не о чем беспокоиться.
– Не всё спокойно в Датском королевстве, – легко рассмеялась Катарина, слегка запрокинув голову. – Иначе зачем бы вам искать встречи со мной, простой ведьмой?
– Мы можем обеспечить порядок, структуру. Вы – привнести яркие переживания, краски, эмоции. Симбиоз, – предпринял последнюю попытку Серый, не поднимаясь, но глядя на неё снизу вверх.
– Ха! – коротко, презрительно рассмеялась Катарина, стоя над ним. – Жаворонок поёт миру, но бессмысленна его песнь в царстве глухих. Вы предлагаете мне раскрашивать стены вашей тюрьмы? Увольте.
Серый снова замолчал. Он поднял взгляд к серому небу над площадью.
– Там, – сказал он тихо, – и везде – порядок. Царствие Божие. Гармония. И у всякого свое место. Для вас порядок – это хаос творчества. Для многих других – это чёткие, понятные правила. Без них многое просто не смогло бы существовать в этой плотности.
– Упрощение великих законов Мироздания до примитивных шаблонов и паттернов – вот ваша стезя, – посерьёзнев, отрезала Катарина, её голос звучал твёрдо и холодно. – И цель ваша предельно ясна – тотальный контроль и эксплуатация. Но что вы будете делать, когда этот рубеж будет взят? Вы попытаетесь управлять Солнцем? Запретить ветру дуть? Я не уверена, что вы до конца понимаете, с какими силами вам придется столкнуться. А они непременно отреагируют, как это было всегда. И тогда… тогда вы неотвратимо откатитесь туда, где вам и место – в прах и забвение. И, боюсь, прихватите с собой большую часть этого мира. Так что валяйте. Пытайтесь. А мы – мы отстоим то лучшее, то живое, что в этом мире еще осталось. Вы опираетесь на послушное стадо овец. Мы же будем воспитывать орлов. Овцам нужен пастух и загон. Орлам – свобода и небо. И запомните, Серый: отточенная сталь одного клинка всегда ценнее целой груды ржавого железа.
